«Рэп — это офигенная психотерапия»: Джарахов — о «RockʼnʼRofl», гострайтинге и кризисе

«Рэп — это офигенная психотерапия»: Джарахов — о «RockʼnʼRofl», гострайтинге и кризисе

«Рэп — это офигенная психотерапия»: Джарахов — о «RockʼnʼRofl», гострайтинге и кризисе

Фотография: Алексей Корзов

Эльдара Джарахова многие до сих пор воспринимают как блогера со смешными пародийными видео. Хотя он начинал с рэпа, а в прошлом году у него вышел альбом «RockʼnʼRofl», в котором он без всяких шуток рассказал о собственных переживаниях. Николай Овчинников поговорил с Джараховым о рэпе, выходе из личного кризиса и жизни в Новокузнецке.

«RockʼnʼRofl» и психотерапия

— Где мы сейчас находимся?

— Это офис «Клик-Клака», студия звукозаписи, где записываются все наши релизы: Little Big, Tatarka… Я здесь пишусь, Арсен Lizer периодически здесь пишется, когда приезжает в Петербург. Иногда в свободное время — друзьяшки, но свободного времени почти нет.

— Поговорим об альбоме. Как был устроен процесс создания и сочинения «Rockʼn’Rofl»? Прежде всего я о музыке.

— Мы прямо здесь его и записали. У нас за весь звук отвечает Виктор Сибринин. Это продюсер, который у нас тут на студии постоянно сидит, пишет биты. Но его сложно назвать битмейкером. Чувак уже переквалифицировался в полноценного продюсера. Он помогает мне с мелодиями. Вот песня «Оставь меня в покое». Я принес ему рэп с битом как у Кендрика Ламара. И мы переделали ее, в совершенно другое русло ушли, добавили мелодии. Он шарит.

— Он давно работает с вами?

— Пару лет. Мы познакомились с ним в Москве. Он работал на студии, где в основном писал блогеров и джинглы для них. И мне очень хотелось его перетащить в нормальные условия. Хотелось забрать его туда, где люди горят делом и очень любят музыку, а не делают ее по приколу.

— Когда вы начали записывать альбом?

— Первый трек, про который я решил, что он пойдет именно на альбом, а не синглом — это «Когда мы одни», сентябрь 2017 года. У меня был год отношений с девушкой. Я подошел к ней и говорю: «Йо, я сейчас тебе зачитаю рэп, сиди и слушай».

— В 2016 году в интервью The Flow вы говорили, что не можете всерьез воспринимать свое музыкальное творчество. За два года что‑то изменилось?

— Да. Тексты стали серьезнее. Альбом [«Rockʼn’Rofl»] — это моя история с 2013 по 2018 год, небольшое эссе о том, что происходило со мной за последние пять лет. Это был период, когда я перестал делать серьезные песни. Мне захотелось сделать эту ретроспективу, высказаться. Мне очень понравилось.

Это офигенная терапия. Это лучше, чем… Короче, у меня были моменты, когда я хотел сходить к психотерапевту, чтобы просто поговорить, чтобы он вытащил из меня что‑то. Написание текстов заменило для меня психотерапию.

— В 2013 году вы перестали выпускать серьезные песни. Почему?

— К тому моменту я написал песен пятьсот: куча микстейпов, онлайн-баттлы, просто треки, фиты с такими же ноунеймами, как и я. И мне очень понравилось делать так называемый «блогерский рэп»: я с ним выстрелил. До этого моя популярность базировалась на уровне Новокузнецка. В городе меня знали как местную рэп-звезду.

— Как раз один из первых ваших хитов того периода — «Мой елдак». А кто его делал?

— Очень много инструменталов из моих ранних треков я просто скачивал на бесплатных стоках. Ни о каком лизинге речи не было. Только году в 2014-м я начал списываться с битмейкерами и брать у них битло. Второй «Мой Елдак 2021» мы уже писали здесь, с Витей.

— Зачем он был нужен, кстати?

— Это спор. Я отдыхал за городом, смотрел матч между Россией и Испанией на чемпионате мира. Он был офигенный. Накал страстей был до последнего. И я под водочку решил написать в твиттер: «Если Россия победит, я сделаю «Мой елдак-2». Кто ж знал, что они победят?!

Я, кстати, недавно переслушивал песню. Она, с одной стороны, не вписывается в концепт альбома. С другой стороны, как посмотреть. Ведь условно мы считаем, что альбом — некий поиск, и от угара через самокопание я прихожу к спокойствию, а потом я такой: «Батя вернулся домой!»

Кто знает, может, мой следующий альбом будет смешной. То, что я пишу сейчас, — забавное и драйвовое.

Я очень люблю писать лирику, но не всегда люблю ее показывать. Иногда я могу написать куплет, но потом понимаю, что он точно не для меня, его кто‑то другой может исполнять. Как‑то не сочетаемся мы с ним.

— А вы уже отдавали свои треки кому‑то?

— Только корешам.

— То есть гострайтингом за деньги вы пока не занимались?

— Нет, но я бы с удовольствием пописал бы поп-музыку. Даже женщине бы. Это интересный опыт. Я работал с гострайтерами: с Геной Rickey F, который очень хорошо это делает, и с Jubilee, которого скорее я научил гострайтить. Он очень мне нравится как рэп-исполнитель, я его считаю одним из лучших.

— Когда вы начали сотрудничать?

— На треке «Странный». Я был в Германии. Меня позвали туда снять какое‑нибудь видео для промо фильма «Доктор Стрендж». Я думал снять влог. Приезжаем и оказывается, что мы должны снять видео на 360 градусов, снять влог в таком виде технически невозможно, тогда я решил снять клип. Вспомнил про Никиту Jubilee. Он самый большой задрот в плане комиксов. Я ему скинул идею, предложил сделать трек. Лег спать, наутро он мне уже прислал трек. Я ходил, весь день его учил, и потом мы его сняли. Если посмотреть клип «Странный», то можно увидеть, что половина слов не попадает под синхрон, потому что мы потом переделывали трек.

— Был в итоге момент, когда вы решили отказаться от услуг гострайтеров?

— Был такой момент, но я не буду от них полностью отказываться. Последний трек — он еще не вышел — мы вообще втроем с Геной и Никитой сделали. Я написал куплет, отправил Джубу, он его переделал, прислал мне, я его переделал, отправил Rickey F, он переделал еще раз. Получился такой франкенштейн-рэп.

Не вижу ничего зазорного [в привлечении сторонних авторов]. Я чаще функционирую как креативный продюсер.

И вообще это же не гострайт. Это же не тайно написано. Это соавторство. Об этом все знают.

Клип, с которого началось сотрудничество Джарахова и Jubilee. В отличие от многих, Джарахов не скрывает то, что некоторые песни написаны в соавторстве с другими рэперами, и не видит в этом ничего плохого

Кризис и Versus

— 2013–2014 годы у вас, судя по альбому, время вечеринок, а потом наступил кризис, который на альбоме описывается. Что и когда это было?

— Это было в 2015–2016 годах. Я тогда расстался с девушкой, а я такие моменты болезненно переживаю. Если я в отношениях, то это надолго. В общем, это было очень болезненное расставание, была настоящая война. Сейчас я с ней в хороших отношениях, потому что не вижу смысла конфликтовать с человеком, с которым ты прожил полтора года и собирался делать будущее.

У меня уже был опыт расставания. И в первый раз я два года ни к кому не прикасался. А во второй раз я практически сразу начал тусоваться, цеплять девочек. Появились алкотусовки, ты пробуешь все время что‑то новое, все делают то же самое, тебе кажется это нормой.

Конечно, я что‑то еще делал: как раз тогда «Клик-Клак» появился как такой глоток воздуха. Когда я понял, что потерялся, зашел в тупик, то решил: отлично, буду снимать видеоблоги — о том, что происходит вокруг меня. Я не чувствовал, что делаю что‑то не так, потому что это мне нравилось и это пользовалось бешеным спросом.

Постепенно я начал набирать обороты и выходить из ямы, в которой оказался. Мы начали как раз делать треки с Rickey F. Начали с «Покебола», это был такой Элджей, до того как он стал Элджеем, 2016 год. Этот трек я последним добавил на альбом: история без него будет неполной. Он прям про плохое, самое черное, что было в тот период. Это добрые чистые детские метафоры грязного.

А из депрессняка я вышел благодаря отношениям — с Яной (девушка артиста. — Прим. ред.) мы уже вместе третий год — благодаря ребятам из «Клик-Клака», благодаря творчеству.

— Мне самым сильным треком на альбоме показался «Оставьте меня в покое». Это такой манифест самодостаточности. Как я понимаю, многие вещи вы делаете, так сказать, в жало.

— Наверное, рожаю я в жало, а развиваем мы всегда командой. Что бы это ни было. Вот трек, который мы писали втроем [с Jubilee и Rickey F]. Когда мы его делали, Витя писал музло, Ильич [из Little Big] помогал с мелодией, подсказывал, что лучше.

Есть такая книга «Фабрика хитов» Джона Сибука. Я ее недавно прочитал, вдохновился и понял, что мы все делаем правильно…

— А вы такой Макс Мартин (шведский хитмейкер, писал хиты для Backstreet Boys, *NSYNC, Бритни Спирс — прим. ред.)…

— Нет, это не про меня. Это скорее Витя. Однако очень часто нужно побыть одному, чтобы посмотреть на себя и то, что ты делаешь, — как творческий человек, как просто человек, которым иногда все-таки нужно быть, но редко получается.

«Оставь меня в покое» я придумал в Исландии. Мы там снимали клип на «Делориан». Я там был не один, но чувствовал вайб уединения: ты в горах, вокруг снег и страна, где живут 300 тысяч человек. Я тогда слушал «Bitch Donʼt Kill My Vibe» Кендрика Ламара и понял, что хочу нечто подобное. Первая версия песни была даже на нее похожа.

Джарахов дважды баттлил на Versus. Первый поединок с Ником Черниковым официально не выпускался. Второй — с блогером Лариным и на битах — запомнился тем, что визави Джарахова запнулся на фразе «пятнадцатый год» и повторил ее несколько раз. Фраза в итоге стала мемом.

— Немного поговорим о баттлах. В 2013 году вы участвовали в Versus, баттлили с Ником Черниковым, но запись в итоге не была официально опубликована. Что это было?

— Тогда Versus выступал с Main Event. Был тур по России. Мы запрыгнули на московский ивент. Нам позвонил Ресторатор: «Йо, чуваки, хотите?» Мы согласились, созвонились с Ником по скайпу, написали тексты и через два дня уже баттлили.

Это не вышло, потому что это плохо, хотя каждый может найти неофициальные записи на ютьюбе. Мне кажется, что у меня была пара прикольных панчей, но в целом было ужасно.

В тот день был баттл Паши Техника. Тогда он не был таким комичным, как сейчас. Тогда это было аморально и омерзительно. Естественно, его фанаты были такими же. Тысяча человек в зале и среди них — двадцать, которые мешают абсолютно всем, которые посылают остальных куда подальше, мешают смотреть, в последнего эмси кинули чем‑то. Это было отвратительно.

На Versus я до сих пор хожу. Я не в кадре сейчас, потому что там только «Голуби» и «Тигры» (команды-участники Fresh Blood. — Прим. ред.), а я хочу видеть, что происходит. Просто стою, где оператор, идеальное место. Я очень люблю Versus. Наверное, нет ни одного баттла, который я бы пропустил.

— Даже сейчас?

— Да, несмотря на то, что Fresh Blood поднадоел. Проблема его в том, что соперник в пятом раунде читал о том, что было в четвертом раунде. Но мне пока интересно. Более того, я был вчера (беседа проходила 22 марта. — Прим. ред.), Ресторатор с Яном очень уговаривают меня выйти на баттл.

— Откажетесь?

— Нет, но пока нет человека, с которым я бы хотел побаттлить. Я открыт для предложений. У меня нет врагов. Были конфликты, я для себя их все закрыл. Потому что когда у тебя конфликт, ты засыпаешь и просыпаешься с этим человеком [у тебя в голове]. Это отвратительно. Я бы хотел такого соперника, может быть, который разобрал бы меня на части, уничтожил бы.

— Rickey F?

— Он, кажется, не хочет сейчас баттлить. В общем, мне нужен баттл, после которого ты станешь лучше. В этом плане кто делает круто: МЦ Похоронил, ПиЭм. Да тот же Гнойный. Он может тебя уничтожить.

— Он непредсказуемый.

— И в этом его крутость. Я считаю, что он делает то, что он хочет делать, и ему на все плевать.

— А комплиментарный баттл?

— Было бы круто. Блин, мне кажется, с Big Russian Boss крутая комплиментарка получилась бы. Но это было бы не очень интересно [остальным], потому что в 2019 году всем насрать и на Босса, и на меня.

— Почему?

— Мы — персонажи, которые уже ушли с пика. Мы с Боссом обсуждали, что надо делать что‑то новое.

— Что?

— Я знаю, что буду делать я, но не скажу что, потому что и так много говорю. Босс, как мне кажется, идеальный русский Али Джи, Саша Барон Коэн. Босс шесть лет все делает в одном образе, и я не понимаю, как он еще не умер от депрессии.

— При этом его до сих пор можно смотреть.

— Да, парадокс. Мне кажется, он бы круто смотрелся как актер нескольких ролей. Как у меня было в свое время: несколько персонажей, и каждый — это такой собирательный образ определенной касты людей, которые меня окружали. Я обязательно вернусь к этому, потому что в образе ты совершенно по-другому себя чувствуешь. Ты можешь говорить то, что никогда не скажешь от себя.

Вот Охрип. Это такая добрая пассивная агрессия. И от него дебильные шутки звучат смешно. То же с Иннокентием, с деревенским персонажем, но там все делал голос. Я обожаю вот этот вот голос батьки. Ты можешь себе позволить многое, потому что ты не ты.

— И ты вкладываешь в их уста то, что боишься сказать.

 — Да. Типа я был в образе.

На треке «Мой Елдак» Джарахов читает в образе деревенского жителя Иннокентия: «Первый парень на деревне — ведь я единственный»

«Успешная группа» и блогеры, которые лезут в рэп

— Первый ваш успешный проект, простите за каламбур, — «Успешная группа». Что это было и зачем?

— В середине 2012 года я залил шоу, которое было похоже на «Рассказать друзьям» группы «Хлеб». Типа: рассказ — скетч — рассказ — скетч. И еще я шел на ютьюб с целью прорекламировать там свой рэп.

Прошло два месяца, и мне пришла в голову идея совместить то, что я всегда делал, сколько себя помню, и то, что мне всегда нравилось, сколько себя помню. То есть юмор, скетчи… Я же на сцене с одиннадцати лет: школьный театр, мы играли миниатюры, ездили куда‑то. Музлом я с пятнадцати лет занимаюсь: на барабанной установке в оркестре играл; рэпом — с четырнадцати лет.

В общем, я подумал это все совместить и сделать смешной рэп. Вау! Первый трек был, конечно же, про пенис. А потом я подумал, что круто сделать пародии, в разных образах: трек про МДК, про красный мокасин, вот это все.

Я тут недавно переслушивал свои самые ранние треки. Ведь в образе Эльдара Джарахова я делал рэп, просто с подколкой. Те же темы прокрастинации, того, как детям сложно, когда от них уходит первая любовь, когда им пятнадцать лет. Я постоянно что‑то пробовал новое. У меня же гиперактивность лютая. Поэтому хочется постоянно что‑то делать, чтобы с ума не сойти.

— Гиперативность стала причиной того, что вы школу не закончили с первого раза?

— Да.

— А сейчас как‑то смогли ее подчинить себе?

— Да. Когда я прям осознал — а это произошло не так давно, — что у меня проблемы с концентрацией и усидчивостью, то подумал: «Круто, я же как раз делаю разное». Я могу одновременно давать интервью, периодически бегать монтировать блог, параллельно что‑то писать.

Конечно, это отражается на качестве текстов. Поэтому я недоволен своим партом на треке «Гена Букин»: решил не отдавать ребятам на проверку и теперь жалею.

— А чей парт в «Букине» лучший, по-вашему?

— «Хлеба». Он очень смешной. Когда они мне его прислали, я кричал и орал. Как раз тогда я понял, что надо делать лонгмикс, а изначально я должен был делать трек с «Хлебом».

— То есть получился такой «Konstrukt», только блогерский.

— Я понимал, что эти треки сравнивать будут. Дурацкая история была. В августе 2018 года у нас уже собрался готовый трек, Витя прислал мне рыбу, там был один бит на всех, Моргенштерн еще тогда на нем делал рэп, а не рок. И я набрасываю идеи на клип, подхожу к Ильичу, даю послушать, спрашиваю, что делать. Он говорит: «Сделайте по классике сайферов. Каждому — разный клип, и будет прикольно». Проходит два часа, на ютьюбе выходит «Konstrukt», и я понял, что надо менять идею. В итоге получился не набор разных клипов, а единое видео про соседей, про то, как разные люди живут рядом друг с другом, и вместе тусуются.

Вышедший в этом году трек «Гена Букин» — выставка достижений блогеров в музыкальной индустрии

— Много претензий было к блогерам, которые пошли в рэп. Но, кажется, истерия прошла.

— Забавно, потому что я тусуюсь и среди рэперов, и среди блогеров. У меня и там и там друзья. И мои знакомые не были против, потому что любой, кто хочет, может заниматься любимыми видами творчества. Обидно было тем, кто смотрел на цифры [просмотров], они завидовали и показывали это.

У того же Оксимирона не было никаких претензий. Только одна: «Ребята, указывайте автора текста». Это довольно честно. Братан, Мирон, ты смотрел описание моих клипов?! Я всегда так делаю!

Трек «Блокеры» — это перевернутая цитата Птахи, Оксимирона и собирательного образа злого комментатора с некоторых ресурсов. Я всегда на это смотрел с забавой. Был период, когда я сидел с детской обидкой и такой: «Ну я всегда делал рэп! Чо вы мне говорите!» А потом подумал: если я буду концентрировать внимание на этом, я буду делать что‑то, чтобы кому‑то что‑то доказать, и не докажу, потому что им неприятен сам факт моего присутствия.

Какие претензии к «Хлебу», у которых одни из лучших шоу, солдауты в крупнейших клубах? Какие вопросы к ним? Какие вопросы к Big Russian Boss, который всегда делал смешной рэп? Какие вопросы к Дане Кашину, который сутками сидит на студии и делает музыку? Мне не очень нравится, как он ее исполняет, но это вкусовщина. Какие вопросы к Моргенштерну — тоже непонятно. Он музыкант всю свою жизнь.

Вот на Западе были Lonely Island. Офигенно смешные. С ними фитовали рэперы, Джастин Тимберлейк — у него, кажется, четыре работы с ними было, — Эйкон, Рианна, рок-звезды. Никаких вопросов не было.

— У нас просто самоиронии не хватает.

— Местами — да, но мы говорим про отдельных личностей. Эту предъяву мы сами стали раздувать, когда сделали «Блокеров». Это был пик обвинений, популярнейших баттлов блогеров. Да и вообще — так будет всегда. А блогеры читают круче, потому что у них много артистизма. Блогер — универсальный солдат.

Трек «Блокеры» — иронический ответ на обвинения в том, что блогеры лезут в рэп

Новокузнецк и начало карьеры

— Новокузнецк. Что это за город?

— Это самые крупные металлургические заводы, шахты. Он делает рельсы чуть ли не всей России. Заводов огромное количество. Ты можешь приехать, например, к заводу КМК, и у тебя будет кружиться голова от дыма. Очень грязный воздух. Нищета, естественно.

Я ценю этот город, но я с большим удовольствием оттуда уехал. Некуда пошевелиться. Последней каплей было, когда ко мне пришли знакомые пацаны, которые крышуют один из районов, и говорят: «Тут с Центрального района, с Абашево, начали тобой интересоваться, хотят тебя крышевать». А когда тебя крышуют, тебя попросту лишают выбора. Тебе просто говорят: «Теперь ты нам платишь столько‑то денег».

— За что?

— За крышу!

— Как рэпер?

— Как человек, который начал зарабатывать деньги. Я мог сделать тысяч сорок-пятьдесят с партнерки, рекламу за 5000 рублей продать. Хастлишь! Офигенные деньги для Новокузнецка. Там можно квартиру за 8000–10000 снять. У тебя лицо становится популярным, к тебе возникают вопросы. В общем, я решил, что лучше уехать.

Тогда были гопники очень популярны. И сейчас, но они потише, они переделываются во что‑то иное. Поэтому у нас много было про гопоту. Это были саркастичные треки про гопников: например, про то, какие они трусливые, когда они нападают толпой. Но сами гопники не выкупали стеба, им нравились эти треки.

Вот примерю. Пять лет назад я приехал в Новокузнецк менять паспорт — мне исполнилось двадцать лет. Возвращался с девушкой с фотосессии, в которой был типа леприконом, у меня лицо зеленое. И к нам подошли трое, один в балаклаве. Начали докапываться, в воздухе веяло дракой, в сумке моей девушки мысленно пропадали айфон, айпэд и все остальное. Коленки тряслись, я держался уверенно, включил новокузнецкий говор, но помогало мало. Они такие: «Ты че зеленый? Ты че, фоткаешься? Ты че, модель?» Подходит четвертый чувак, узнает меня, и все такие: «Да ладно, это ты?! Вау! А можешь зачитать нам песню «… [фиг] мусорам»?» А там сатира такая: мол, гопники трусливые, а менты бывают теми же гопниками. И я стою, читаю им рэп, они подпевают — и я не понимаю, что происходит, что с людьми не так.

Был другой случай. Году в 2016-м я приехал в Новокузнецк, купил в местной «Заре» красную куртку, сел в такси, водитель мне говорит: «Ты понимаешь, что тебя изобьют из‑за этой куртки?» Ты с детства приучен, что ты можешь получить по голове. Только через три года после переезда я перестал оборачиваться на улицах Москвы и Петербурга. Понял, что ночью можно спокойно ходить. А там ты можешь идти по району Заводскому, а там пинают чувака просто так при его женщине. У моей бывшей девушки деда убили за 100 рублей в подъезде, сложили пуговички рядышком, это вообще треш какой‑то.

— За увлечение рэпом прилетало?

— Когда я предложил Саше Тилэксу делать рэп, он сразу сказал, что нас побьют и не надо рыпаться. В целом у нас были бифы с другими рэперами, из‑за этого были жесткие драки. Я видел, как рядом со мной с кастета у чувака выносили зубы.

У нас был конфликт с чуваком в интернете, который по любым нормальным пацанским понятиям должен решиться на улице. Мы с Тилэксом долго думали, как подъехать к студии, где огромные типы. Набрали нашему знакомому чуваку с Кавказа. Он пригнал нам две тачки фанатов. Мы стоим, и нам страшно!

Выходят фанаты, встают сзади нас. Выходит из студии чувак просто поговорить. А фанаты такие стоят и говорят: «Бейте его». Мы стоим, извиняемся глазами перед этим чуваком. Но у нас нет выбора, мы начинаем драться. Было жестко.

Через пару месяцев звонят эти фанаты и говорят, что я не расплатился, не дал им 5000 рублей. А я думаю, где достать эти деньги, немыслимые на тот момент. Я назанимал. Был треш. Но сам конфликт произошел на почве рэпа.

У нас в школе барыжили спайсом, всем предлагали, обещали по 1000 рублей в день. Я подумал и отказался, но у меня были друзья, которые, как положено, с двумя телефонами. Другая история. Я иду к моему другу в один из самых жестких районов города, поднимаюсь к нему на этаж через толпу героинщиков, они стоят за дозой в соседнюю квартиру. Меня продавщица затаскивала через эту толпу, провожала к другу. Мы играли в «Денди», угорали, а рядом продавали героин из тазика с заготовленными шприцами. И самое смешное: в этом же дворе стояла полицейская будка.

«Делориан» стал первым за долгое время опытом Джарахова в серьезной лирике

— Отличное сочетание. А что было толчком, после которого вы решили, что пора к микрофону?

— Это было что‑то максимально свежее для двенадцати-тринадцатилетнего парня. Тогда это казалось самым простым, что можно сделать, с музыкальной точки зрения. Я послушал рэп и понял, что стихи, которые я пишу с девяти лет, я должен положить на биты. Пошел в магазин, купил диск Hip-Hop EJay, и мы начали делать первое битло, зачитывать под него.

Самого первого сольного моего трека нет в сети, но можно услышать наш трек с Тилэксом «Дождь», который мы сделали из стандартного заезженного семпла. Мы искали людей, которые зарегистрированы в «ВКонтакте», чтобы залить трек. У меня не было интернета.

Почему рэп? Он больше всего запал. Расцветающий на тот момент жанр и ты, растущий организм, — вы прямо созданы друг для друга. Ты чувствуешь себя крутым. Ты слушаешь 50 Cent и ты сам ин да клаб.

Первое выступление наше было в актовом зале школы. Мы сделали попурри из своих треков, и сделали прямо горячо и красиво. После этого мы зашли с Сашей за школу и распланировали свою карьеру наперед. Мы поняли, что это наше, что мы будем звездами.

— Тот самый план, который вы тогда придумали, сбылся в итоге?

— Не мне, наверное, судить. Я тогда даже не думал, что это все заведет меня вот сюда. Я не представлял масштабов.

— То есть все получилось еще круче?

— Да. Я могу, конечно, говорить, мол, у меня еще ничего нет. Но это просто постоянная гонка, в которой тебе хочется стать лучше. Но если переместиться на одиннадцать лет назад, то тогда я понятия не имел, что все будет вот так. Что меня будут узнавать, что я буду тусоваться со своими кумирами, что людям будет настолько интересно то, что я делаю, даже когда у меня не очень получается.

Эльдар Джарахов отправляется в первый большой тур в рамках которого выступит в Москве (клуб Red) и 11 мая в Петербурге (Aurora Concert Hall)

Материалы по теме:

«Рэп — это офигенная психотерапия»: Джарахов — о «RockʼnʼRofl», гострайтинге и кризисе
Как интернет меняет образование? Отвечает CEO сервиса Coursera
...
«Рэп — это офигенная психотерапия»: Джарахов — о «RockʼnʼRofl», гострайтинге и кризисе
Предполагаемого виновника ДТП на Можайском шоссе доставили из Грозного в Москву
Его передадут сотрудникам СК РФОписание© Альберт Дзень/ТАСС Уроженец Чечни Муслим Джамбеков, который является предполагаемым виновников ДТП со смертельным исходом на Можайском шоссе в Москве, доставлен из Грозного в Москву. Об этом ТАСС сообщила официальный представитель МВД России Ирина Волк."Сегодня из Грозного в ...
«Рэп — это офигенная психотерапия»: Джарахов — о «RockʼnʼRofl», гострайтинге и кризисе
Аниматор адаптировал «Симпсонов» под российские реалии. Получилось очень мрачно!
Российский аниматор Алексей Семенов (известный на YouTube как Lazy Square) изобразил знаменитую заставку культового мультсериала «Симпсоны» так, как если бы его герои жили в России. Отец работает охранником, мать не работает, сын — хулиган и наркоман, дочь вынуждена играть на саксофоне в переходе, а вокруг них — нищета и бескультурье. ...
«Рэп — это офигенная психотерапия»: Джарахов — о «RockʼnʼRofl», гострайтинге и кризисе
Лукашенко заявил, что Россия сама бросает Белоруссию в объятия Запада
Как отметил президент Белоруссии, продукцию страны "не пускают на рынок" и "выталкивают"ОписаниеПрезидент Белоруссии Александр Лукашенко© Михаил Метцель/ТАСС Белоруссия вынуждена развивать сотрудничество с Западом в условиях ограничений, вводимых со стороны Российской Федерации. Об этом заявил президент Александр Лукашенко во вторник на совещании по ...

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Читайте ранее:
Синоптики рассказали о погоде в начале апреля

В Москве воздух прогреется до +10... 11°С в ближайшие выходные, 30 и 31 марта, сообщает

Спасатели разбирают здания после землетрясения на Камчатке

Оперативные группы спасателей и пожарных обследуют здания в Петропавловске-Камчатском после сильного землетрясения, произошедшего у берегов

Закрыть
Яндекс.Метрика